Во время эпидемии в Москве поставили рекорд по количеству арестов

После ограничения работы судов из-за эпидемии столичные судьи поставили четырехлетний рекорд, избрав за три дня меру пресечения более чем 150 обвиняемым. Большинство из них проходят по делам о наркотиках и кражах

За три дня в конце марта столичные суды заключили под стражу или отправили под домашний арест рекордное количество обвиняемых по уголовным делам по меньшей мере за четыре года, выяснил РБК: 19–21 марта в московские суды поступило 167 ходатайств о мере пресечения, из которых были удовлетворены минимум 154 (итоги рассмотрения еще двух не обнародованы).

18 марта Верховный суд объявил, что вводит ограничения на рассмотрение дел и допуск в суды по всей России. На время эпидемии коронавируса слушания проводятся только по неотложным делам, в число которых входят и заседания по избранию и продлению мер пресечения, а на заседаниях могут присутствовать только участники процессов — слушатели, родные обвиняемых и журналисты в суды не допускаются.

Большинство судебных решений об избрании меры пресечения, вынесенных в российской столице в эти дни, касались дел о кражах, наркотиках, разбое и мошенничестве, расследуемых полицией, подсчитал РБК.

Как мы считали

РБК проанализировал сведения об избрании мер пресечения (заключения под стражу или домашнего ареста), опубликованные на портале Мосгорсуда. Для этого мы проанализировали все карточки подобных дел за четыре года. Конец марта 2020 года оказался рекордным как по сравнению с аналогичным периодом прошлых лет, так и в целом за все время начиная с 2017 года.

56 дел в день

Число арестов в марте — апреле этого года оказалось существенно больше, чем в аналогичные периоды прошлых лет. Так, с 1 марта по 12 апреля 2020 года в московских судах было зарегистрировано 933 ходатайства о заключении под стражу и 64 ходатайства о домашнем аресте (подавляющее большинство были удовлетворены). Это на 46% больше, чем в те же дни 2019 года, на 12% выше показателей 2018 года и почти на 70% — 2017-го. Соотношение числа ходатайств о заключении под стражу и домашнем аресте практически не изменилось, как и ранее, в 90–95% случаев следователи просят избрать обвиняемому заключение под стражу.

Таким образом, если в указанный период 2017 года столичные суды в среднем рассматривали 14 соответствующих ходатайств в день, то в 2018-м — 21, в 2019-м — 16, а в рекордном 2020-м — 24.

Максимальное число ходатайств о мерах пресечения суды зарегистрировали с четверга 19 марта по субботу 21 марта — 167, то есть в день они рассматривали в среднем почти по 56 таких ходатайств. В феврале 2020 года в эти дни недели рассматривали примерно по 20–40 дел.

В целом количество решений о заключении под стражу и домашнем аресте имеет тенденцию к уменьшению. По данным Мосгорсуда, в 2019 году количество ходатайств об аресте уменьшилось относительно предыдущего года на 8%, снизилось и количество лиц, помещенных под домашний арест. В 2018 году суды арестовали на 12% меньше людей, чем годом ранее.

По данным ФСИН, 1 апреля 2020 года в СИЗО по всей стране содержались 99,8 тыс. человек — на две тысячи больше, чем по состоянию на 1 января. Цифра выросла вопреки снижению с начала года общей численности тюремного населения, включая контингент колоний (на 6,9 тыс. человек), а также долгосрочной тенденции, которая состоит в том, что численность заключенных СИЗО год от года снижается.

В Москве число арестованных в СИЗО тоже увеличилось: 1 апреля в восьми столичных изоляторах содержались 9,4 тыс. человек, и это на 2,9% (281 человека) больше, чем 1 марта. Только за период с 19 по 26 марта в столичные СИЗО прибыли 256 вновь арестованных.

Эту статистику приводил директор ФСИН Александр Калашников, который в письме к председателю Верховного суда Вячеславу Лебедеву призвал на время пандемии коронавируса отказаться от заключения под стражу обвиняемых в преступлениях небольшой и средней тяжести — на них приходится более 43% арестованных. Калашников отметил, что высокая плотность тюремного населения вызывает обеспокоенность из-за эпидемии, а наполнение 22 российских следственных изоляторов превышает установленный лимит, причем самая тяжелая ситуация — в Москве.

В лидерах — Тверской суд

Рост количества арестов в середине марта обеспечил в основном Тверской суд — туда подают ходатайства о мере пресечения Следственный департамент центрального аппарата МВД, а также Главное следственное управление ГУ МВД по Москве. С 19 по 21 марта там рассмотрели 21 ходатайство. В Басманном суде, где избирают меру пресечения фигурантам дел, расследуемых центральным аппаратом Следственного комитета, под стражу и домашний арест 19–21 марта отправили девять человек. В Пресненском суде, где арестовывают подследственных ГСУ СКР по столице, — троих, в Лефортовском, где рассматривают арестные ходатайства ФСБ, — одного.

Почти в каждом четвертом случае в марте и апреле следователи ходатайствовали об аресте или домашнем аресте обвиняемого в краже, показывает анализ РБК. Чаще всего подозреваемых арестовывали по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК — это кража с причинением значительного ущерба гражданину. По смыслу статьи значительность ущерба определяется индивидуально, но не может быть меньше 5 тыс. руб.

Каждый пятый был взят под стражу или отправлен под домашний арест по ст. 228, 228.1 и 229 УК, связанным с производством и торговлей наркотиками. Чаще всего речь шла о сбыте в крупном размере.

Более ста человек, или примерно каждый десятый, были арестованы по делам о разбое, еще 90 — по делам о мошенничестве, причем большая часть из них — в первые дни после объявления ограничений в судах. Практически во всех рассмотренных случаях подозреваемые в мошенничестве, по версии следствия, пытались незаконно завладеть чужим жильем.

Кражи карантинного типа

Следственные органы заранее понимали, что будут вводиться карантинные меры, которые усложнят работу по текущим делам, поэтому спешили со сбором и реализацией оперативных материалов и торопились с предъявлением обвинений, считает адвокат Алхас Абгаджава. По его мнению, лидерство Тверского суда объясняется просто: этой инстанции подсудны сразу два очень крупных и загруженных полицейских следственных органа, а в принципе большинство уголовных дел приходится на полицию.

Перераспределение нагрузки правоохранительных органов, связанное с усиленным режимом несения службы и необходимостью обеспечивать самоизоляцию москвичей, на работе полицейского следствия не сказалось, уверен Абгаджава: «Они и сейчас занимаются только расследованиями. Да, оперативного сопровождения могло стать меньше, но следствие как работало, так и работает».

Наблюдаемый в марте — апреле рост числа арестов и домашних арестов может свидетельствовать и о росте преступности, рассуждает управляющий партнер юридической группы Novator Вячеслав Косаков. «Есть сообщение Кремля, подтверждающее рост преступности. Возможно, в марте действительно был какой-то всплеск, связанный с возбуждением дел. В последнее время многие работодатели увольняли сотрудников или отправляли их в неоплачиваемые отпуска», — указал он, подчеркнув, что снижение фактических зарплат и рост безработицы могли повлиять на рост числа таких преступлений, как кражи. Случаи ограблений могли участиться из-за того, что многие горожане предпочитают самоизолироваться на даче. Статистику преступности могли также пополнить злоумышленники, которые ходят по квартирам под видом социальных работников и волонтеров, полагает Косаков.

РБК направил запросы в пресс-службу МВД, Следственного комитета, Генпрокуратуры и ФСБ.

Источник

Поддержи проект, останови эпидемию: